[главная :: идеологии.смерти :: "4". немного слов о тени сорокина]




zaXar. "4". Немного слов о тени Сорокина. октябрь, 2004

Трепет и восхищение. Настоящее русское кино. Наконец-то у него появился национально-отличительный эталон в современности. И теперь, мы уже по праву можем гордиться, тем, что имеем своё собственное, ни с чем не сравнимое, «русское кино», точно также как немцы гордятся своим неповторимым порно. И спасибо за это (не буду писать «талантливому» ибо на современном этапе развития русского кинематографа звучит это уж очень пренебрежительно-пафосно и неоправданно-фамильярно) Хржановскому с Сорокиным. «4», – то на чём можно иллюстрировать этот брэнд. Русское кино – развивайся в том же направлении!

Думаю, не стоит описывать фабулу и, как это любят у нас, «о чём» это знаменательное кино. Фильмы снимают не для того, чтобы слушать или читать о них, а для того чтобы смотреть. Стоит, пожалуй, остановиться поподробнее на обсуждении этого фильма после премьерного показа в клубе «Сине Фантом» 13.10.04.

Согласен с мнением о том, что Хржановский остался в тени Сорокина. Думаю, любой фильм по его сценарию обречён стать определённой величиной в кинематографе в независимости от режиссуры. Виртуозно прописанный сценарий!!! И пусть бытует мнение о том, что современно кино должно уходить от чёткого, заранее определённого сценария, что должно строится по большей части импровизированно, бессценарно, всё же кино это не просто сфера чисто визуального, но, прежде всего, показанные слова.

Прочитав всего известного и изданного Сорокина, могу не согласиться с мнением о том, что это был фильм ужасов, который реально пугает похлеще «Кошмаров на улице Вязов». По сравнению с другими произведениями Сорокина ("Сердца Четырёх", "Роман" и пр.) сценарий "4", как литпродукт, является просто таки лёгким, милым и душевным трепетом, сродни детской волшебной сказке. Но сорокинские ходы в этом фильме были всё равно отчётливо узнаваемы. Даже если бы я не знал до просмотра, кто автор сценария, я бы держал пари, что это именно Владимир Георгиевич!

Сорокинский культ еды и пития водки, яркой канвой, прослеживающийся в любом его произведении, доведённый, просто таки, до желанного отвращения – обилие жира, сала, мяса, человеческий и животный фарш – всё это любимейшие темы русского классика. Через процесс еды он раскрывает личностную сущность своих персонажей.

Собаки, это тоже чисто сценарный ход, к которому Хржановский, как режиссер, не имеет никакого отношения. Я просто был поражён тупостью и нелепостью людей, которые задавали вопросы об обилии собак в фильме, акцентировали на этом внимание, искали в этом какие-то сакральные режиссёрские подоплёки... Да собак, бля, так много потому, что так прописал Сорокин. Откуда Хржановскому знать: почему так или иначе. Собаки, на мой взгляд, всего на всего демонстрировали линию, обозначенную в начале фильма – их "собачья" жизнь гораздо лучше человеческой, а люди наивно полагают наоборот. Именно поэтому мы часто встречаем в кадре четвероногих друзей, а примитивные попытки некоторых зрителей вынудить Хржановского разоблачиться в святости любимого высказывания Гитлера "Чем больше я узнаю людей, тем больше люблю собак" или вовсе покаяться в мизантропии, настолько тщедушны, что просто стыдно осознавать себя частью этой зрительской аудитории.

Что касается сцен с женщинами пожилого возраста, то это тоже чисто сорокинский ход и вряд ли стоит задавать вопросы по этому поводу непосредственно режиссеру. Их активность уж никак нельзя назвать невиданным безумством, трэшем. Показанные поведенческие оргии бабок настолько типичны для деревенек русской глуши, тем более мордовских (по своему опыту сужу), что, очевидно, являются документально-зафиксированными, а значит обыденными, нежели шокирующими. Уж такое у нас, господа, архаично-животное мракобесие в глубинке, далече от столиц. Это и есть самая, что ни на есть настоящая русская культура, национальная традиция, заключающаяся в иррациональности здравого смысла, часто описываемая Веней Ерофеевым, Мамлеевым, Липскеровым и прочими сказителями земли русской, в ряду которых, безусловно, и В.Г. Сорокин. Бабки умиляют своей открытостью, простотой и здоровым залихватским задором. Пусть некоторый зритель и попытался плацебно внушить себе геронтофобию, но это скорее от замкнутости мегаполиса, в границах которого такие безобидные «выходки» обаятельных старушек выглядят устрашающе. Также как на первый мещанский взгляд - беспробудное деревенское пьянство и дремучее «доярство куцых жаб».

Почему, скажите, зрители из Ростова-на-Дону, приходя на фильм по сценарию Сорокина, обязательно ждут какого-то шока или подвоха? Сорокин документален до мозга костей, он летописец реального, рассказывает о том, что действительно происходит вокруг нас, но просто многие этого не замечают либо по своей наивности, либо сознательно. Абсурднейшие зрительские вопросы режиссёру "Об чём кино?" просто выбивали из колеи постпросмотровго оргазма. И надо отдать должное Хржановскому – порой казалось, что он опуститься до недостойных художнику оправданий, на которые его провоцировали, но Илья просто давал понять, что ответы на такого рода вопросы даются самим фильмом. И действительно, зачем же, простите, снимать кино, когда всё можно объяснить и описать словами. Режиссёр говорит своим фильмом. Это его язык: сцены-предложения, кадры-слова, актёры-алфавит. Он ответил на подобные вопросы, еще когда они не были заданы вслух…

Конечно же, Хржановский остался в тени Сорокина, но остаться в тени такой глыбы режиссёру-дебютанту по-моему естественно. Было бы неправдоподобно – наоборот. Но при всём при этом, тень эвкалипта была бы не просто не зазорной, но и полезной для любого могучего дуба на пылающем знойном солнце русского кино. А Хржановский в своём полномасштабном дебюте, как раз и заявил о своей могучести.

Взято с сайта Сине Фантом